об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Русских Тимура Абдулаевича на нарушение его конституционных прав статьей 17 Уголовно-процессуального кодекса Российской Фед…

При этом отвергнуты доводы защитника о том, что не доказан умысел на нанесение смертельных ножевых ранений гражданину С., чью сторону Т.А.Русских занимал в ходе возникшего конфликта с иными лицами, и что повреждения нанесены С. по неосторожности и должны быть квалифицированы по статье 109 УК Российской Федерации (суд в приговоре констатировал ошибку в объекте преступного посягательства ввиду темного времени суток и активности совершаемых виновным действий). Установлено, что согласно исследованным доказательствам виновный наносил сильные ножевые ранения в жизненно важные органы всем участникам драки, в том числе и С., и это свидетельствует об умысле на убийство каждого из них; согласно заключению психологопсихиатрической экспертизы в момент совершения преступлений Т.А.Русских мог осознавать общественную опасность своих действий и руководить ими, в состоянии физиологического аффекта не находился; исходя из установленных обстоятельств дела содеянное квалифицировано правильно и оснований для иной юридической оценки не имеется.#❝

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2022 года, с которым, в свою очередь, согласился заместитель Председателя того же суда (письмо от 24 июня 2022 года), отказано в передаче надзорных жалоб в защиту интересов Т.А.Русских для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции.#❝

В этой связи заявитель просит признать не соответствующими статьям 2, 6 (часть 2), 8 (часть 2), 15 (части 1 и 2), 16–18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1–3), 36 (части 1 и 2), 40 (часть 1), 45, 46, 47 (часть 1), 49 (части 2 и 3), 50 (часть 3), 55, 64, 118 (части 1 и 2), 120, 123 (часть 3) и 125 (часть 6) Конституции Российской Федерации статью 17 «Свобода оценки доказательств» УПК Российской Федерации и пункт «а» части второй статьи 105 «Убийство» УК Российской Федерации, поскольку они, на его взгляд, позволяют судьям, оценивающим доказательства по своему внутреннему убеждению, признавать правильной и доказанной#❝

квалификацию деяния как причинения смерти с прямым умыслом, тогда как это деяние, по утверждению заявителя, по всем признакам было причинением смерти по неосторожности.#❝

Статья 17 УПК Российской Федерации, предписывая, в частности, осуществлять оценку доказательств по внутреннему убеждению, не содержит каких-либо изъятий из установленного этим Кодексом порядка доказывания по уголовным делам, а равно положений, допускающих произвольную оценку доказательств. Напротив, в ней в качестве принципа такой оценки закрепляется адресованное судье, присяжным заседателям, прокурору, следователю и дознавателю требование не только исходить из своего внутреннего убеждения и совести, но и основываться на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств и руководствоваться законом, что должно исключать принятие необоснованных решений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года № 473-О, от 27 июня 2017 года № 1261-О, от 29 мая 2018 года № 1335-О, от 29 января 2019 года № 40- О, от 30 ноября 2021 года № 2570-О и др.).#❝

Что же касается статьи 105 УК Российской Федерации, то данная статья в части первой определяет убийство как умышленное причинение смерти другому человеку, а также вводит повышенную ответственность за это преступление, совершенное при наличии отягчающих (квалифицирующих) признаков, закрепленных в ее части второй, в том числе за убийство двух или более лиц (пункт «а»). Приведенная норма подлежит применению во взаимосвязи с другими положениями этого Кодекса, в том числе определяющими основание уголовной ответственности, принцип вины и раскрывающими содержание умысла (статьи 5, 8 и 25). Тем самым лицо подлежит уголовной ответственности за#❝

убийство только при установлении соответствующих объективных и субъективных признаков, в том числе характеризующих его деяние как общественно опасное и находящееся в причинной связи с наступлением общественно опасных последствий, а также свидетельствующих об умышленном отношении как к деянию, так и к последствиям (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2017 года № 1508-О, от 27 марта 2018 года № 829-О, от 25 апреля 2019 года № 1189-О, от 25 марта 2021 года № 415-О, от 29 сентября 2022 года № 2176-О и др.), которое не исключается при ошибке в личности потерпевшего.#❝

Соответственно, отсутствуют основания утверждать, что оспариваемые законоположения содержат какую-либо неопределенность в указанном заявителем аспекте и нарушают его права обозначенным им образом. Проверка же правильности выбора правовых норм, подлежащих применению в конкретном деле с учетом его фактических обстоятельств, к чему, по существу, сводятся доводы жалобы Т.А.Русских, не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации в силу статьи 125 Конституции Российской Федерации и статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1771-О#❝