Статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»

основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1–3 статьи 531 ГК Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.#❝

Как следует из представленных материалов, решением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, индивидуальному предпринимателю В.Л.Балаяну отказано в удовлетворении требования о взыскании с бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью, исключенного из ЕГРЮЛ, подтвержденной судебным актом задолженности данного общества перед кредитором, которую заявитель приобрел у последнего на основании договора цессии. Суды исходили из недоказанности совокупности элементов состава гражданского правонарушения, выступающего основанием для привлечения контролирующего общество лица к субсидиарной ответственности по его обязательствам, а также из того, что запись о недостоверности сведений о юридическом лице была внесена в ЕГРЮЛ за два месяца до заключения договора цессии; В.Л.Балаян, будучи субъектом предпринимательской деятельности, не проявил должной осмотрительности при приобретении спорной задолженности, не направлял в регистрирующий орган в связи с предстоящим исключением юридического лица из реестра заявления кредитора в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 211 Федерального закона от 8 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». С указанными выводами согласился судья Верховного Суда Российской Федерации в определении об отказе в передаче кассационной жалобы В.Л.Балаяна для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.#❝

Впоследствии определением арбитражного суда, оставленным судами апелляционной и кассационной инстанций без изменения, заявителю отказано в пересмотре названного решения в связи с новым обстоятельством, в качестве#❝

которого В.Л.Балаян указывал принятие Конституционным Судом Российской Федерации Постановления от 21 мая 2021 года № 20-П. Суды, учитывая в числе прочего наличие у заявителя статуса индивидуального предпринимателя, не нашли подтверждения тому, что конкретное дело было разрешено судами в противоречии с выраженными в данном Постановлении правовыми позициями. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявителю отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.#❝

По мнению В.Л.Балаяна, оспариваемая норма не соответствует Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 17, 19, 34, 46 и 55, в той мере, в какой по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, требует от кредитора – индивидуального предпринимателя, приобретшего на основании договора цессии подтвержденную судебным актом задолженность общества, впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ, соблюдения повышенного стандарта доказывания неразумности и недобросовестности действий контролирующего общество лица при обращении в суд с иском о привлечении его к субсидиарной ответственности по обязательствам этого общества.#❝

В Постановлении от 21 мая 2021 года № 20-П Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 31 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционноправовому смыслу в системе действующего правового регулирования содержащиеся в нем положения подразумевают при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору – физическому лицу, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором#❝

предпринимательской деятельности, если на момент исключения общества из реестра соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, его применение судами исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом – кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное; лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.#❝

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении отметил, что сделанный им вывод, связанный с предметом рассмотрения по делу (когда истцом-кредитором выступает физическое лицо – потребитель, чьи права гарантированы также специальным законодательством о защите прав потребителей), сам по себе не исключает применения такого же подхода к распределению бремени доказывания в случаях, когда кредитором выступает иной субъект, нежели физическое лицо, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности. При этом Конституционный Суд Российской Федерации указал, что от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества-должника из реестра, тогда как исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению.#❝

Подтверждая эти выводы в Определении от 11 ноября 2021 года № 2358-О, Конституционный Суд Российской Федерации указал на то, что суд, оценив правовые возможности кредитора по получению доступа к сведениям и#❝

документам о хозяйственной деятельности должника, вероятность фактической реализации этих возможностей, при рассмотрении на основании пункта 31 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» конкретного дела в силу имеющейся у него дискреции может в зависимости от фактических обстоятельств дела и представленных истцом доводов и доказательств предложить лицам, участвующим в деле, в том числе ответчику, представить дополнительные доказательства, необходимые для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.#❝

С учетом приведенных позиций и выводов Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в его решениях, сохраняющих силу, положения пункта 31 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте.#❝

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, а также проверка обоснованности выводов судов, сделанных ими на основе оценки данных обстоятельств, на что фактически направлены доводы жалобы, не относятся к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1931-О#❝