Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Кудиновой Веры Владимировны на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федера…

пункта 1 статьи 200 ГК Российской Федерации, предусматривающего, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права;#❝

пункта 2 статьи 9 Семейного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым при применении норм, устанавливающих исковую давность, суд руководствуется правилами статей 198–200 и 202–205 ГК Российской Федерации;#❝

пункта 7 статьи 38 того же Кодекса, закрепляющего, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.#❝

Из представленных материалов следует, что определением суда апелляционной инстанции отменено решение суда общей юрисдикции (принято после направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции кассационным судом общей юрисдикции), которым по иску В.В.Кудиновой за ней и ее бывшим супругом признаны доли в праве собственности на жилое помещение в порядке раздела общего имущества супругов. Отказывая в удовлетворении иска заявительницы, суд апелляционной инстанции сослался на заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, исчисляемого с момента, когда В.В.Кудиновой стало известно о нарушении ее права, а именно с даты предъявления ее бывшим супругом требования о снятии ее с регистрационного учета по месту жительства в спорном жилом помещении. В передаче кассационной жалобы заявительницы на названное апелляционное определение и определение суда кассационной инстанции, которым оно оставлено без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.#❝

По мнению В.В.Кудиновой, оспариваемые положения противоречат статьям 35 (части 1 и 2), 40 (часть 1) и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации, поскольку по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, они позволяют произвольно определять момент начала течения срока исковой давности по требованию о разделе общего имущества супругов и связывать его не с реальным нарушением права истца, а с совершением любого действия в отношении спорного имущества.#❝

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), момента начала течения такого срока (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий его пропуска обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения от 24 сентября 2012 года № 1779-О, от 29 мая 2019 года № 1375-О и др.). При этом пункт 1 статьи 200 ГК Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2017 года № 2562-О, от 26 апреля 2021 года № 755-О и др.).#❝

Пункт 2 статьи 9 Семейного кодекса Российской Федерации имеет целью обеспечение определенности при применении норм, устанавливающих исковую давность, в семейных отношениях (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2022 года № 677-О). Пункт 7 статьи 38 того же Кодекса обеспечивает баланс имущественных интересов бывших супругов.#❝

При этом, как подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод граждан (определения от 20 ноября 2003 года № 404-О, от 29 сентября 2020 года № 2220-О и др.).#❝

Соответственно, оспариваемые нормы – в том числе в истолковании, придаваемом им правоприменительной практикой с учетом пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении#❝

дел о расторжении брака», – не могут рассматриваться в качестве нарушающих в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявительницы.#❝

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1107-О#❝