об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Билогорки Ирины Викторовны на нарушение ее конституционных прав пунктом 1, подпунктом 5 пункта 2 и пунктом 5 статьи 178 Граж…

пункта 1, устанавливающего, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая#

ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел;#

подпункта 5 пункта 2 о том, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку;#

пункта 5, согласно которому суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.#

Заявительница также оспаривает конституционность частей второй и третьей статьи 13 «Обязательность судебных постановлений» и статьи 210 «Исполнение решения суда» ГПК Российской Федерации.#

Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении исковых требований И.В.Билогорки о возложении обязанности передать квартиру, произвести государственную регистрацию перехода права собственности и о выселении, удовлетворены встречные исковые требования гражданки Т. о признании договора купли-продажи квартиры недействительным, в пользу И.В.Билогорки взысканы уплаченные по договору денежные средства, требование И.В.Билогорки о признании добросовестным приобретателем квартиры отклонено. Суды исходили в том числе из того, что, заключая договор купли-продажи своей квартиры, гражданка Т. заблуждалась как в отношении обстоятельств, из наличия которых она с очевидностью для И.В.Билогорки исходила, совершая сделку, так и в отношении последствий своих действий, при этом И.В.Билогорка, осуществляющая продолжительную профессиональную деятельность в области купли-продажи недвижимости, при той степени заботливости и#

осмотрительности, какая требовалась от нее при заключении договора, должна была с учетом всех обстоятельств дела (включая срочность продажи, возраст продавца, требование оплаты наличными) распознать порок воли гражданки Т. и усомниться в желании последней заключить договор куплипродажи квартиры с присущими ему правовыми последствиями.#

По мнению заявительницы, оспариваемые нормы противоречат Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 6 (часть 2), 17 (часть 3), 18, 19 (часть 1), 35 (части 1 и 3), 45, 46 (часть 1) и 120 (часть 2), в той мере, в какой:#

положения статьи 178 ГК Российской Федерации в силу присущей им неопределенности, в том числе в отношении критериев обычной осмотрительности стороны сделки, допускают их расширительное толкование, позволяющее распространить их действие не только на взаимоотношения сторон сделки, но и на взаимоотношения продавца с третьими лицами – мошенниками, которые стороной сделки не являются, при этом такие взаимоотношения выходят за пределы субъективного восприятия покупателя при оценке действий продавца;#

положения статей 13 и 210 ГПК Российской Федерации – ввиду отсутствия правового регулирования, обеспечивающего исполнение судебного акта при отсутствии у должника имущества, притом что обращение взыскания на единственное жилье должника по его обязательствам не допускается, а также с учетом инициированной должником процедуры банкротства – допускают освобождение должника от обязанности по возвращению полученных при продаже квартиры денежных средств, взысканных решением суда.#

Статья 178 ГК Российской Федерации, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько#

существенным, чтобы рассматривать его в качестве основания для признания сделки недействительной, а также устанавливающая последствия признания сделки недействительной, обеспечивает защиту прав лиц, чья подлинная воля при совершении сделки была искажена (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года № 751-О, от 28 февраля 2019 года № 338-О, от 31 мая 2022 года № 1313-О и др.). При этом положения пункта 2 данной статьи, закрепляющие открытый перечень обстоятельств, при наличии которых заблуждение предполагается достаточно существенным, в том числе если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (подпункт 5), как по своему буквальному смыслу, так и во взаимосвязи с другими нормами данной статьи не могут быть истолкованы как ограничивающие круг указанных обстоятельств лишь относящимися к взаимоотношениям сторон сделки.#

Установленное же пунктом 5 данной статьи правовое регулирование обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, баланс прав и законных интересов всех его участников (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 ноября 2025 года № 3044-О) и – предоставляя возможность суду в рамках его дискреционных полномочий с учетом фактических обстоятельств дела отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, не удовлетворяло обозначенному в названной норме критерию распознаваемости, – неопределенности не содержит.#

Таким образом, положения статьи 178 ГК Российской Федерации не могут расцениваться в качестве нарушающих в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявительницы. Положения же частей второй и третьей статьи 13 и статьи 210 ГПК Российской Федерации, закрепляющие обязательность и исполнимость судебного постановления как свойства его законной силы, направлены на реализацию статьи 46 (часть 1) Конституции#

Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, а потому также не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявительницы. При этом вопросы, возникающие в связи с исполнением судебного акта при наличии признаков несостоятельности обязанного лица, урегулированы специальными нормами, в том числе предусмотренными законодательством о банкротстве.#

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, а также проверка правильности выбора норм, подлежащих применению с учетом указанных обстоятельств, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определенную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 1997-О#