по запросу Октябрьского районного суда города Иваново о проверке конституционности положений пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации и по жалобе гражданина…

выплате должностному лицу таможенного органа единовременного пособия и ежемесячной денежной выплаты при получении им в связи с исполнением служебных обязанностей телесных повреждений, исключающих возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью.#

Как следует из запроса и приложенных к нему материалов, в Октябрьский районный суд города Иваново обратился гражданин А.Б.Поленов с иском к Ивановской таможне и Федеральной таможенной службе о взыскании единовременного пособия и ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью. В обоснование заявленных требований истец, который в период с 1993 года по 2009 год проходил службу в Ивановской таможне, указывал, что ему в апреле 2008 года при выполнении служебных обязанностей в результате дорожно-транспортного происшествия был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший установление II группы инвалидности вследствие военной травмы с ограничением способности к трудовой деятельности II степени, а в декабре 2009 года на основании заключения врачебной комиссии о негодности к службе в таможенных органах он был уволен со службы по болезни. В мае 2010 года Кантемировским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Воронежской области было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту дорожнотранспортного происшествия в связи с истечением сроков давности уголовного преследования виновных лиц.#

А.Б.Поленов неоднократно направлял в Ивановскую таможню заявления о выплате ему единовременного пособия и ежемесячной денежной выплаты, предусмотренных пунктом 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации, однако в предоставлении указанных выплат ему было отказано в связи с тем, что, по буквальному смыслу абзаца шестого пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации, решение о выплате пособий принимается на основании приговора суда или постановления следственных органов о прекращении уголовного дела или#

приостановлении предварительного следствия, такого же основания для назначения выплат, как постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования виновных лиц, таможенное законодательство Российской Федерации не содержит.#

Рассматривая иск А.Б.Поленова и его ходатайство о направлении запроса в Конституционный Суд Российской Федерации о проверке конституционности абзаца шестого пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации, Октябрьский районный суд города Иваново, придя к выводу о несоответствии Конституции Российской Федерации указанного законоположения в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, определением от 15 декабря 2010 года производство по данному делу приостановил и направил в Конституционный Суд Российской Федерации запрос о проверке его конституционности.#

Что касается гражданина О.Н.Шаплова, то, как следует из приложенных к его жалобе материалов, в связи с исполнением служебных обязанностей таможенной службы 27 марта 2006 года он получил травму, впоследствии был признан ограниченно годным к военной службе, а 11 августа 2006 года – уволен со службы в таможенных органах по состоянию здоровья на основании заключения врачебной комиссии об ограниченной годности к службе в таможенных органах, т.е. по основанию, предусмотренному подпунктом 8 пункта 2 статьи 48 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 114-ФЗ «О службе в таможенных органах Российской Федерации». 18 июля 2007 года ему установлена инвалидность II группы вследствие военной травмы, однако Таганрогская таможня отказала ему в выплате единовременного пособия и ежемесячной денежной выплаты, предусмотренных абзацем вторым пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации, со ссылкой на то, что приговора суда или постановления следственных органов о прекращении уголовного дела по факту полученной травмы либо приостановлении предварительного#

следствия не имелось. Решением Таганрогского городского суда Ростовской области от 27 мая 2008 года, оставленным без изменения определением Ростовского областного суда от 10 июля 2008 года, исковые требования О.Н.Шаплова о признании незаконным данного отказа и об обязании Таганрогской таможни произвести расчет и соответствующие выплаты оставлены без удовлетворения.#

Октябрьский районный суд города Иваново, оспаривающий конституционность абзаца шестого пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации, и О.Н.Шаплов, оспаривающий, помимо данной нормы, также конституционность абзаца второго того же пункта, утверждают, что эти законоположения, как предусматривающие выплату пособий должностным лицам таможенных органов, которые в связи с исполнением служебных обязанностей получили телесные повреждения, исключающие для них возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью, лишь при наличии возбужденного уголовного дела, нарушают конституционные принципы социального государства, равенство всех перед законом, право на социальное обеспечение и государственную поддержку в случае болезни, инвалидности, а также запрет на издание законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина, и тем самым противоречат статьям 7, 19 (части 1 и 2), 39 (части 1 и 2) и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации.#

По смыслу Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации в процессе конституционного судопроизводства проверяет конституционность действующих нормативных актов. Исключение составляют случаи, предусмотренные частью второй статьи 43 названного Федерального конституционного закона, когда Конституционный Суд Российской Федерации в целях защиты конституционных прав и свобод проверяет конституционность закона, отмененного или утратившего силу к началу или в период рассмотрения дела.#

В связи с принятием Федерального закона от 27 ноября 2010 года № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» оспариваемые заявителями положения Таможенного кодекса Российской Федерации признаны утратившими силу со дня вступления в силу данного Федерального закона (данный Федеральный закон опубликован в «Российской газете» 29 ноября 2010 года и вступил в силу по истечении одного месяца со дня опубликования). Между тем, поскольку в новом таможенном законодательстве (части 3 и 6 статьи 323 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации»), по существу, воспроизведены оспариваемые заявителями законоположения, их обращения в Конституционный Суд Российской Федерации могут быть признаны допустимыми.#

Федеральный законодатель, реализуя возложенные на него Конституцией Российской Федерации полномочия и определяя механизм возмещения вреда, причиненного здоровью граждан в связи с исполнением ими трудовых или служебных обязанностей, вправе предусмотреть различия, обусловленные особенностями правового статуса отдельных категорий лиц и спецификой осуществляемой ими работы (службы).#

Вместе с тем, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, любая дифференциация правового регулирования, приводящая к различиям в правах и обязанностях субъектов права, должна осуществляться законодателем с соблюдением требований Конституции Российской Федерации, в том числе вытекающих из универсального принципа равенства (статья 19, части 1 и 2), в силу которого различия допустимы, если они объективно оправданны, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им. Соблюдение данного принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях) (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июля 2009 года № 12-П, от 22 октября 2009 года № 15-П, от 27 ноября 2009 года № 18-П, от 3 февраля 2010 года № 3-П, от 20 апреля 2010 года № 9-П, от 28 мая 2010 года № 12-П).#

безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах. Лица, несущие такую службу, выполняют конституционно значимые функции, чем обусловливается их правовой статус, а также содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним.#

Из этого исходит и Федеральный закон «О службе в таможенных органах Российской Федерации», связывающий особенности службы в таможенных органах Российской Федерации как разновидности государственной службы с реализацией проходящими ее гражданами функций, прав и обязанностей таможенных органов, входящих в систему правоохранительных органов Российской Федерации (статья 1). Соответственно, как вытекает из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в его Определении от 19 января 2010 года № 87-О-О, законодательное регулирование социальной защиты сотрудников таможенных органов, в том числе социальных гарантий, предоставляемых в случаях причинения вреда жизни или здоровью сотрудников таможенных органов при исполнении служебных обязанностей, должно быть основано на объективно схожих условиях, в которых находятся указанные лица и иные категории государственных служащих, выполняющих задачи обеспечения охраны правопорядка и обороны страны, и одновременно учитывать специфику именно таможенной службы, ориентированной прежде всего на реализацию конституционно значимой функции защиты экономического суверенитета государства.#

В силу приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации государство призвано гарантировать сотрудникам таможенных органов возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с исполнением ими служебных обязанностей, в объеме, позволяющем в максимальной степени компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса. При этом характер выполняемых этими лицами функций – в соответствии с конституционными принципами справедливости и соразмерности – предполагает установление для них условий возмещения#

вреда, сопоставимых с другими категориями граждан, выполняющих схожие публично-правовые задачи.#

Так, в соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации при получении должностным лицом таможенного органа в связи с исполнением служебных обязанностей телесных повреждений, исключающих для него возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью, указанному лицу выплачивается единовременное пособие в размере 5-кратного годового денежного содержания по последней занимаемой им в таможенных органах должности, а также в течение 10 лет – разница между размером его среднемесячного заработка по последней занимаемой должности и размером пенсии. Тем самым за сотрудниками таможенных органов на уровне федерального закона при наступлении указанных в приведенном законоположении обстоятельств признано право на дополнительные социальные гарантии, направленные на компенсацию материальных потерь, связанных с невозможностью дальнейшего прохождения службы, в виде единовременного пособия и ежемесячной денежной выплаты. При этом в силу абзаца шестого пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации решение об их выплате принимается начальником таможенного#

органа по месту работы потерпевшего на основании приговора суда или постановления следственных органов о прекращении уголовного дела или приостановлении предварительного следствия.#

Конституционный Суд Российской Федерации в своих постановлениях неоднократно указывал, что в судебной практике должно обеспечиваться конституционное истолкование подлежащих применению нормативных положений (постановления от 23 декабря 1997 года № 21-П, от 23 февраля 1999 года № 4-П, от 28 марта 2000 года № 5-П и др.), в том числе в соответствии с конституционными требованиями справедливости и равенства.#

Оспариваемое положение абзаца второго пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации, как это прямо следует из его содержания, увязывает возникновение у должностного лица таможенного органа права на дополнительные социальные гарантии с самим по себе фактом получения им в связи с исполнением служебных обязанностей телесных повреждений, исключающих для него возможность в дальнейшем заниматься профессиональной деятельностью, и не обусловливает реализацию данного права наличием процессуальных документов в рамках уголовного судопроизводства. Это отвечает правовой природе указанных гарантий, которые находятся за рамками гражданско-правовых обязательств, возникающих из причинения вреда. Такое правовое регулирование согласуется и с общим подходом федерального законодателя к правовому механизму социальной защиты лиц, пострадавших при исполнении трудовых (служебных) обязанностей, о чем свидетельствуют, в частности, положения Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», а также федеральных законов от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» (статья 43) и от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (статья 18).#

Абзац второй пункта 3 статьи 418 Таможенного кодекса Российской Федерации, закрепляющий право должностного лица таможенного органа на#

получение указанных в нем выплат, применяется в системной взаимосвязи с нормой абзаца шестого того же пункта, устанавливающей порядок принятия решения о выплате соответствующего пособия – начальником таможенного органа по месту работы потерпевшего на основании приговора суда или постановления следственных органов о прекращении уголовного дела или приостановлении предварительного следствия.#

Данное законоположение по своей природе и назначению, его месту в структуре названного Кодекса имеет процедурно-процессуальный характер, т.е. призвано обеспечить надлежащее удовлетворение заинтересованным лицом его правомерного интереса, закрепленного в материальной норме права, а потому не может изменять или ограничивать содержание и объем его права на получение гарантированных компенсационных выплат и тем более – приводить в правоприменительной практике к отмене указанного права. Это находит свое подтверждение в том, что уголовно-процессуальное законодательство одни и те же обстоятельства (в частности, отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления, истечение сроков давности уголовного преследования, смерть подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего) включает в круг оснований для отказа в возбуждении уголовного дела, прекращения уголовного дела и (или) прекращения уголовного преследования (часть первая статьи 24, пункт 2 части первой статьи 27, часть первая статьи 212 УПК Российской Федерации).#

Тем самым предопределяется недопустимость установления для лиц, относящихся к одной категории (получившие телесные повреждения при исполнении своих служебных обязанностей), различных правовых последствий, связанных с прекращением уголовного дела и (или) уголовного преследования и с отказом в возбуждении уголовного дела.#

Кроме того, придание оспариваемым законоположениям иного смысла означало бы введение для сотрудников таможенных органов, в отличие от иных лиц, проходящих государственную службу, дополнительных, не#

имеющих конституционного обоснования условий реализации права на компенсацию заработка, утраченного в связи с получением телесных повреждений при исполнении служебных обязанностей, что ставило бы их в неравное положение по сравнению с указанными категориями и приводило к нарушению их конституционно признаваемых прав.#

Установление же фактических обстоятельств конкретного дела, как и выбор норм, подлежащих применению при его разрешении, не относятся к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, определенным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», а являются прерогативой иных судов, в данном случае – судов общей юрисдикции.#

Согласно части второй статьи 36 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» основанием к рассмотрению дела является обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли нормативный правовой акт Конституции Российской Федерации. Поскольку оспариваемые заявителями законоположения в системе действующего правового регулирования и в единстве с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации не содержат неопределенности и не могут рассматриваться как нарушающие в процессе#

правоприменительной деятельности конституционные права и свободы граждан, запрос Октябрьского районного суда города Иваново и жалоба О.Н.Шаплова не могут быть приняты Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению.#

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 6, пунктом 3 части первой статьи 43, частью четвертой статьи 71, частью первой статьи 79, статьями 96, 97, 100 и 102 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

№ 737-О-О#