Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Орлова Евгения Александровича на нарушение его конституционных прав частью 1 статьи 31 и статьей 53 Жилищного кодекса Росси…

части 1 статьи 31, согласно которой к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника; другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи;#❝

статьи 53 о том, что граждане, совершившие с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых#❝

помещениях действия, в результате которых они могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.#❝

Как следует из представленных материалов, заявитель – военнослужащий вместе с семьей вселился в жилой дом, принадлежащий отцу его супруги, с которым заключил договор найма. После выезда из указанного дома он был поставлен на учет в качестве нуждающегося в предоставлении жилого помещения, но из состава семьи (определяемого в целях реализации жилищных гарантий для военнослужащих) была исключена его супруга. Решением гарнизонного военного суда, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, такое исключение признано правомерным. При этом суды указали, что супруга Е.А.Орлова, вселившись в дом своего отца, стала (применительно к жилищным отношениям) членом семьи собственника жилого помещения, а также отклонили ее довод о вынужденном характере выезда из этого помещения.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые нормы не соответствуют статьям 7 (часть 1), 15 (часть 3), 17 (часть 3), 19, 25, 27 и 55 Конституции Российской Федерации, поскольку в силу неопределенности своего содержания в отношении круга лиц, на которых они распространяются, и перечня действий, квалифицируемых как умышленное ухудшение жилищных условий, позволяют относить к членам семьи собственника жилого помещения лиц, которые были вселены в такое помещение на основании договора найма и с собственником вместе не проживали, а также рассматривать выселение граждан из жилого помещения по требованию его собственника в качестве умышленного ухудшения ими жилищных условий.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно в своих решениях указывал, что:#❝

часть 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, определяющая граждан, относящихся к членам семьи собственника жилого помещения, направлена на соблюдение баланса их интересов и, рассматриваемая в системной связи с иными законоположениями, регламентирующими жилищные гарантии, призвана также обеспечить реализацию принципа бесплатного предоставления жилых помещений лишь реально нуждающимся в них лицам, что соответствует требованиям, закрепленным в статье 40 (часть 3) Конституции Российской Федерации (определения от 22 марта 2012 года № 506-О-О, от 20 ноября 2014 года № 2598-О, от 22 декабря 2015 года № 2796-О, от 30 сентября 2019 года № 2421- О, от 30 июня 2020 года № 1464-О и др.);#❝

по смыслу статьи 53 Жилищного кодекса Российской Федерации, ограничения в постановке граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях должны считаться допустимыми лишь в том случае, если гражданами совершались умышленные действия с целью создания искусственного ухудшения жилищных условий, могущего привести к состоянию, требующему участия органов государственной власти и органов местного самоуправления в обеспечении их другим жильем; при этом применение статьи 53 Жилищного кодекса Российской Федерации должно осуществляться в системе действующего правового регулирования, в частности во взаимосвязи с пунктом 5 статьи 10 ГК Российской Федерации, согласно которому добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (определения от 26 ноября 2018 года № 2972-О, от 26 марта 2019 года № 727-О, от 29 сентября 2020 года № 2134-О и др.).#❝

Соответственно, оспариваемые законоположения не содержат какойлибо неопределенности и не предполагают их произвольного применения, поскольку требуют от уполномоченных органов и судов объективной оценки действий граждан с учетом конкретных фактических обстоятельств, и сами#❝

по себе не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявителя.#❝

Установление же и исследование фактических обстоятельств, имеющих значение для разрешения конкретного дела, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относятся.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2810-О#❝