Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а также частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 101 Федерального закона…

(банкротстве)». Заявитель также усматривает нарушение своих конституционных прав частью 2 статьи 268 «Пределы рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции» АПК Российской Федерации и статьей 101 «Виды доходов, на которые не может быть обращено взыскание» Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».#❝

Как следует из представленных материалов, в рамках дела о банкротстве хозяйственного общества определением арбитражного суда, оставленным судом апелляционной инстанции без изменения в части, признано незаконным бездействие Е.Г.Пономарева и гражданина Ч., ранее исполнявших обязанности конкурсных управляющих должника, выразившееся в непроведении действий по государственной регистрации права собственности должника на недвижимое имущество (стоечные суда), его возвращении в конкурсную массу и реализации этого имущества. Позднее постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции, с которым согласился суд кассационной инстанции, ряд лиц, в том числе Е.Г.Пономарев и Ч. привлечены к солидарной ответственности за причиненные должнику убытки. При этом судами были учтены как ранее установленные факты незаконного бездействия ответчиков, так и факты необеспечения сохранности имущества должника, его бесконтрольной эксплуатации третьими лицами, приведшие к дополнительному износу и порче имущества. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации заявителю отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам этого суда.#❝

По мнению Е.Г.Пономарева, оспариваемые законоположения не соответствуют статьям 19, 32 (часть 5), 46 (части 1 и 2), 50 (часть 2), 55 (часть 2), 118 (часть 1) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой:#❝

указанные нормы Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи с пунктом 4 статьи 204 Федерального закона «О#❝

несостоятельности (банкротстве)» допускают возможность привлечения арбитражных управляющих, исполнявших обязанности конкурсных управляющих должника в разное время, к солидарной ответственности за причиненные должнику и кредиторам убытки без установления причинноследственной связи между юридически значимыми обстоятельствами (поведением каждого из арбитражных управляющих и наступившими вредными последствиями) при явных противоречиях по определению самих убытков;#❝

часть 2 статьи 268 АПК Российской Федерации в нарушение принципа равноправия сторон допускает принятие судом апелляционной инстанции новых документов без установления уважительности причин их непредставления в суд первой инстанции;#❝

статья 101 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исключает сохранение арбитражному управляющему, привлеченному к гражданско-правовой ответственности в деле о банкротстве, прожиточного минимума при обращении взыскания на его доходы.#❝

Оспариваемые положения пункта 2 статьи 15, пункта 1 статьи 322, пункта 1 статьи 1064 и статьи 1080 ГК Российской Федерации направлены на защиту и обеспечение восстановления нарушенных прав потерпевших путем полного возмещения причиненного им вреда, в том числе в случаях совместного причинения вреда несколькими лицами, а тем самым – на реализацию закрепленного в Конституции Российской Федерации принципа охраны права частной собственности законом (статья 35, часть 1). Данные нормы как сами по себе, так и во взаимосвязи с пунктом 4 статьи 20 4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», закрепляющим обязанность арбитражного управляющего возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на#❝

него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда, не предполагают их произвольного применения судом, который при рассмотрении конкретного дела обязан исследовать по существу все его фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением одних лишь формальных условий применения нормы.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что обязанность возместить причиненный вред – мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между этим поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года № 13-П и от 7 апреля 2015 года № 7-П; определения от 4 октября 2012 года № 1833-О, от 15 января 2016 года № 4-О, от 19 июля 2016 года № 1580-О и др.). Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, – иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1–3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (Постановление от 8 декабря 2017 года № 39-П); строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо и в сфере банкротства юридических лиц (Постановление от 5 марта 2019 года № 14-П и др.).#❝

Таким образом, данные законоположения не могут рассматриваться в качестве нарушающих в указанном в жалобе аспекте конституционные права Е.Г.Пономарева, в деле с участием которого арбитражные суды на основе исследования и оценки доказательств установили состав гражданского правонарушения, включая причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением конкурсными управляющими должника своих#❝

обязанностей и убытками, причиненными должнику и его кредиторам, и пришли к выводу о наличии оснований для солидарного взыскания с ответчиков установленной суммы убытков.#❝

Не нарушает конституционных прав заявителя и часть 2 статьи 268 АПК Российской Федерации, которая в целях создания условий для реализации лицами, участвующими в деле, права на судебную защиту на основе состязательности и равноправия сторон прямо устанавливает, что дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.#❝

Из жалобы следует, что, формально оспаривая конституционность перечисленных в ней законоположений, заявитель фактически выражает несогласие с выводами судов, основанными на установленных по делу фактических обстоятельствах. Между тем проверка обоснованности судебных актов не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, определенной в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Что же касается статьи 101 Федерального закона «Об исполнительном производстве», то, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», заявителем не представлены документы, подтверждающие ее применение судом в конкретном деле.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 585-О#❝