Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Рожкова Олега Анатольевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 1080 Гражданского кодекса Российской…

Как следует из представленных материалов, решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судами вышестоящих инстанций, удовлетворено заявление прокурора, поданное в защиту интересов#❝

Российской Федерации, о взыскании с заявителя ущерба, причиненного преступными действиями. На основе обстоятельств, установленных вступившими в законную силу приговорами в отношении О.А.Рожкова, осужденного по пункту «в» части третьей статьи 286 «Превышение должностных полномочий» УК Российской Федерации, и гражданина Ф., осужденного по части четвертой статьи 159 «Мошенничество» УК Российской Федерации, суды в гражданском деле пришли к выводу о совместном характере причинения вреда со стороны указанных лиц и о наличии оснований привлечения заявителя к гражданско-правовой ответственности солидарно с Ф., к которому ранее в уголовном деле был удовлетворен гражданский иск о возмещении вреда, причиненного непосредственно преступлением. Доводы О.А.Рожкова о необоснованности вывода о совместности причинения вреда в условиях осуждения его и Ф. за совершение преступлений, имеющих различные объект и объективную сторону (что в уголовном деле в отношении Ф. послужило основанием для отклонения довода прокурора о совместном характере преступной деятельности Ф. и заявителя), отвергнуты судами в гражданском деле с указанием на то, что совместность причинения вреда по смыслу положений статьи 1080 ГК Российской Федерации не сводится исключительно к уголовно-правовому понятию соучастия в преступлении; причинение вреда Российской Федерации было бы невозможным, если бы правонарушение было совершено не совокупными действиями Ф. и заявителя, а действиями лишь одного из них. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы О.А.Рожкова для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 1, 4, 19, 45, 46, 49 и 50, поскольку они содержат неопределенное понятие «лица, совместно причинившие вред»; допускают привлечение к солидарной гражданско-правовой ответственности лица, чьим преступлением#❝

непосредственно не причинялся вред гражданскому истцу; позволяют суду при рассмотрении дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен и вступил в законную силу приговор суда, переоценивать установленные этим приговором фактические обстоятельства и признавать действия нескольких лиц, осужденных в разных уголовных делах за совершение различных преступлений, совершенными совместно в рамках общей преступной деятельности и тем самым, вопреки сделанным в приговоре суда выводам, фактически признавать их совершившими преступления в соучастии друг с другом и привлекать их к солидарной ответственности; допускают возложение на ответчика по иску о возмещении вреда, причиненного преступлением, бремя опровержения обстоятельств, установленных приговором в отношении другого осужденного лица.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации подчеркивал, что обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава гражданского правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15 июля 2009 года № 13-П, от 7 апреля 2015 года № 7-П и др.). Тем самым предполагается, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, – иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статей 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1– 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции#❝

Российской Федерации (Постановление от 8 декабря 2017 года № 39-П; Определение от 31 марта 2026 года № 842-О и др.).#❝

Тем, что факты, установленные судом в рамках предмета рассмотрения по делу, могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства, объективно определяются и пределы действия преюдициальности судебного решения. В связи с этим часть четвертая статьи 61 ГПК Российской Федерации закрепляет, в частности, что для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, вступившие в законную силу постановления суда по уголовному делу обязательны по вопросам о том, имели ли место указанные действия и совершены ли они данным лицом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2024 года № 370-О, от 30 октября 2025 года № 2803-О и др.).#❝

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в системе действующего правового регулирования имеют преюдициальное значение, что не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 ноября 2014 года № 2528-О, от 20 декабря 2016 года № 2640-О, от 30 октября 2025 года № 2800- О, от 26 февраля 2026 года № 410-О и др.).#❝

Таким образом, часть первая статьи 1080 ГК Российской Федерации и часть четвертая статьи 61 ГПК Российской Федерации, не содержащие неопределенности, не препятствующие самостоятельной гражданскоправовой оценке судом фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения лица к уголовной ответственности, и не связывающие возможность привлечения лица к гражданско-правовой#❝

ответственности с наличием только непосредственной причинноследственной связи между действиями этого лица и наступлением вреда, не исключая при этом учета судом степени вины каждого из сопричинителей вреда при рассмотрении регрессного требования, не нарушают конституционных прав О.А.Рожкова в обозначенном в жалобе аспекте.#❝

Часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации, возлагающая на каждую сторону обязанность доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, конкретизирует положение статьи 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации об осуществлении судопроизводства на основе состязательности сторон, служит гарантией реализации права каждого на судебную защиту и также не нарушает конституционных прав О.А.Рожкова в указанном им аспекте.#❝

Что касается оспариваемой части второй статьи 61 ГПК Российской Федерации, то, вопреки требованиям статей 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», представленные с жалобой заявителя материалы не подтверждают ее применения судами в его конкретном деле.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1843-О#❝