Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»

применении исполнительского иммунитета. Суды исходили из того, что упомянутым решением суда общей юрисдикции на нее уже обращено взыскание, основанием для прекращения принудительной реализации квартиры в рамках исполнительного производства явилось возбуждение дела о банкротстве должника, данное жилое помещение не являлось единственным пригодным для проживания должника и формально стало таковым в результате его последовательных недобросовестных действий.#❝

Позднее в рамках того же дела о банкротстве определением арбитражного суда, оставленным судами вышестоящих инстанций без изменения, В.А.Анисимову отказано в удовлетворении требований, связанных с обеспечением ему, а также совместно проживающему с ним сыну (достигшему к моменту рассмотрения спора совершеннолетия) права на приобретение замещающего жилья взамен реализованной квартиры посредством исключения из конкурсной массы (либо резервирования арбитражным управляющим) денежных средств для ее приобретения. Суды пришли к выводам, что с учетом обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами и свидетельствующими о недобросовестности должника, условия для предоставления замещающего жилья, как они сформулированы в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2021 года № 15-П, отсутствуют. При рассмотрении данного обособленного спора суды также критически оценили доводы заявителя об отсутствии оснований для возложения на него неблагоприятных последствий неуведомления кредитора по обеспеченному поручительством обязательству о брачном договоре в отношении имущества поручителя (включая спорную квартиру), в обоснование которых В.А.Анисимов ссылался на то, что данный договор был заключен до того, как основной должник прекратил надлежащее исполнение обязательства и, соответственно, до возникновения требований кредитора к поручителю. В передаче кассационной жалобы В.А.Анисимова для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказано.#❝

Заявитель оспаривает конституционность пункта 1 статьи 363 «Ответственность поручителя» ГК Российской Федерации, абзаца второго части первой статьи 446 «Имущество, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам» ГПК Российской Федерации и пункта 3 статьи 21325 «Имущество гражданина, подлежащее реализации в случае признания гражданина банкротом и введения реализации имущества гражданина» Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».#❝

По мнению В.А.Анисимова, оспариваемые нормы противоречат Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьям 27 (часть 1), 40 (часть 1), 46 (часть 1), 55 (часть 3), 118 (часть 2) и 125 (части 4 и 6), в той мере, в какой они:#❝

позволяют судам лишить единственное жилье должника исполнительского иммунитета без учета оснований возникновения долга (договор поручительства), относя к фактам, свидетельствующим о наличии в действиях должника признаков злоупотребления правом, его постановку на регистрационный учет в квартире в период процедуры банкротства, непродолжительный срок проживания в ней, отсутствие потребления коммунальных ресурсов, неполучение почтовой корреспонденции, снятие с прежнего места регистрации без судебного акта о выселении;#❝

препятствуют реализации права должника и членов его семьи на замещающее жилье.#❝

Пункт 1 статьи 363 ГК Российской Федерации, устанавливая в качестве основания ответственности поручителя неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обеспеченного поручительством обязательства, направлен на реализацию принципа надлежащего исполнения гражданскоправовых обязательств, достижение справедливого баланса интересов участников обязательственных правоотношений (определения#❝

Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года № 757-О, от 21 ноября 2022 года № 3151-О и др.) и не может расцениваться в качестве нарушающего в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права В.А.Анисимова, основания имущественной ответственности которого были ранее подтверждены вступившими в законную силу решением суда общей юрисдикции, а также судебными актами арбитражных судов, вынесенными в рамках дела о его банкротстве, и к непосредственному предмету спора об обеспечении должнику права на замещающее жилье не относились.#❝

Взаимосвязанные положения абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации и пункта 3 статьи 21325 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предполагают обязанность суда разрешить вопрос об исполнительском иммунитете в отношении конкретного имущества с учетом всех применимых конституционно-правовых принципов и гарантий, нашедших отражение в сохраняющих силу решениях Конституционного Суда Российской Федерации, в том числе в его Постановлении от 26 апреля 2021 года № 15-П, и не исключают возможности применения к должнику предусмотренных законом последствий злоупотребления, если по делу установлено, что таковое имело место в его действиях, повлекших формальное наделение имущества исполнительским иммунитетом.#❝

При этом Определением Конституционного Суда Российской Федерации от 31 мая 2022 года № 1294-О В.А.Анисимову было отказано в принятии к рассмотрению его жалобы, в которой заявителем оспаривались среди прочих те же нормы в аналогичном аспекте, поскольку она не отвечала требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой. Указанное Определение согласно части первой статьи 79 названного Федерального конституционного закона является окончательным и не подлежит обжалованию. Прилагаемые к новому обращению судебные акты#❝

не дают оснований для принятия Конституционным Судом Российской Федерации иного решения.#❝

Что же касается вопроса об условиях реализации права должника и членов его семьи на замещающее жилье, то Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26 апреля 2021 года № 15-П, принятом на основании и в развитие Постановления от 14 мая 2012 года № 11-П, отмечал необходимость обеспечения как самому должнику, так и членам его семьи условий, необходимых для их нормального существования и деятельности, указав, что отказ в применении исполнительского иммунитета, в частности, допустим, поскольку не оставит названных лиц без жилища, пригодного для их проживания, площадью, по крайней мере, не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма, и в пределах того же поселения, где эти лица проживают. Из необходимости учета данных выводов исходит и судебная практика (пункт 16 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15 мая 2024 года).#❝

Таким образом, оспариваемые нормы Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и в этом аспекте не могут расцениваться как нарушающие конституционные права В.А.Анисимова, притом что в его деле судами было установлено нахождение в собственности бывшей супруги заявителя иных жилых помещений и наличие у нее возможности обеспечить благоприятные жилищные условия для общего ребенка.#❝

Установление же и оценка фактических обстоятельств дела, проверка обоснованности сделанных с учетом данных обстоятельств выводов судов, в том числе о наличии (отсутствии) оснований предоставления должнику замещающего жилья, к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации не относятся (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 3093-О#❝