об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Козлова Игоря Александровича на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 382, пунктами 1 и 2 статьи 388 Гра…

пункта 1 статьи 382, предусматривающего что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона;#❝

пункта 2 той же статьи, а фактически – его абзаца первого о том, что для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором;#❝

пункта 1 статьи 388, согласно которому уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону;#❝

пункта 2 той же статьи, устанавливающего, что не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.#❝

Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, И.А.Козлову отказано в удовлетворении исковых требований к банку и гражданке К. о признании недействительным договора цессии, применении последствий недействительности ничтожной сделки. Суд, в частности, указал, что согласно заключенному кредитному договору личность кредитора не имеет для заемщика существенного значения.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат статьям 2, 18, 23, 24 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают возможность уступки кредитной организацией (банком) требований, вытекающих из договора потребительского кредита (займа), заключенного с физическим лицом, другому физическому лицу, не являющемуся профессиональным участником финансового рынка, в нарушение прав потребителя, без предварительного, свободного и информированного согласия заемщика – потребителя финансовых услуг, на передачу его персональных данных и сведений, составляющих банковскую тайну, такому третьему лицу, а также предполагают, что личность нового кредитора физического лица признается не имеющей существенного значения для заемщикапотребителя, что исключает необходимость получать согласие должника при уступке кредитной организацией (банком) требования по финансовому обязательству.#❝

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положение абзаца первого пункта 1 статьи 382 ГК Российской Федерации, корреспондирующее нормам статьи 128 и пункта 1 статьи 129 того же Кодекса, устанавливающим общее правило об оборотоспособности требований, соответствует потребностям гражданского оборота (определения от 21 ноября 2013 года № 1827-О, от 20 марта 2014 года № 608-О и от 29 апреля 2025 года № 1065-О).#❝

Положения пункта 2 статьи 382 ГК Российской Федерации, закрепляющие, в частности, что для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, и применяемые во взаимосвязи с иными нормами, регулирующими переход прав кредитора к другому лицу, гарантирующими соблюдение интересов должника, в том числе положениями статьи 388 данного Кодекса, направлены на обеспечение баланса сторон обязательства при переходе к другому лицу прав кредитора и не предполагают ухудшения положения стороны в обязательстве при осуществлении уступки требования (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2014 года № 950-О и от 20 декабря 2016 года № 2621-О).#❝

При этом пункт 1 статьи 388 ГК Российской Федерации обеспечивает справедливый баланс интересов сторон обязательства, стабильность гражданского оборота и упорядоченность обязательственных правоотношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2022 года № 654-О и № 655-О, от 20 июля 2023 года № 2044-О и др.), равно как и пункт 2 данной статьи, позволяющий суду в рамках дискреционных полномочий определять, имеет ли личность кредитора существенное значение для должника в спорном правоотношении (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2014 года № 2003-О и от 24 апреля 2018 года № 986-О).#❝

Таким образом, оспариваемые положения не могут расцениваться в качестве нарушающих в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя, в деле с участием которого суд исходил в том числе из того, что действовавшим на момент заключения кредитного договора законодательством не был установлен запрет на уступку прав требования третьим лицам в зависимости от видов их деятельности и что кредитный договор запрет на уступку физическому лицу не содержит, а также принял во внимание, что ранее вступившим в законную силу решением суда частично удовлетворены исковые требования кредитной организации о взыскании в том числе с заявителя задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество.#❝

Установление же фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, выбор норм, а также проверка правильности применения оспариваемых норм с учетом указанных обстоятельств не входят в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации (статья 125 Конституции Российской Федерации и статья 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»).#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 3121-О#❝