об отказе в принятии к рассмотрению жалобы межрегионального общественного фонда содействия социальной поддержке и защите прав вынужденных переселенцев, беженцев «Статус» на нару…

требования о признании прекращенным вытекающего из инвестиционностроительного контракта обязательства истца по передаче квартир. При этом вывод о необоснованности доводов истца о ничтожности оспариваемой сделки как совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка, суды мотивировали отсутствием доказательств, свидетельствующих о наличии конкретной противоправной цели и умысла, направленного на достижение такой цели, хотя бы у одной стороны сделки. Отказ в удовлетворении иска суды, руководствуясь пунктом 1 статьи 181 ГК Российской Федерации, мотивировали также пропуском истцом срока исковой давности.#

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации межрегиональный общественный фонд содействия социальной поддержке и защите прав вынужденных переселенцев, беженцев «Статус» оспаривает конституционность частей 1, 2, 4 и 5 статьи 71 АПК Российской Федерации об оценке арбитражным судом доказательств, а также следующих примененных в его деле положений Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»):#

статьи 169, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна; при наличии умысла у обеих сторон такой сделки – в случае исполнения сделки обеими сторонами – в доход Российской Федерации взыскивается все полученное ими по сделке, а в случае исполнения сделки одной стороной с другой стороны взыскивается в доход Российской Федерации все полученное ею и все причитавшееся с нее первой стороне в возмещение полученного; при наличии умысла лишь у одной из сторон такой сделки все полученное ею по сделке должно быть возвращено другой стороне, а полученное последней либо причитавшееся ей в возмещение исполненного взыскивается в доход Российской Федерации;#

пункта 1 статьи 181, согласно которому срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года; течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.#

По мнению заявителя, положения статьи 169 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с частями 1, 2, 4 и 5 статьи 71 АПК Российской Федерации в той мере, в какой они предполагают возможность доказывания противоправности цели заключения сделки исключительно посредством представления суду вступившего в законную силу приговора суда, а также пункт 1 статьи 181 ГК Российской Федерации в той мере, в какой, определяя порядок исчисления срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, он связывает начало исполнения оспариваемого договора с моментом его подписания, противоречат статьям 2, 17, 19 (части 1 и 2), 45, 46 (часть 1), 52, 55 (часть 3), 123 (часть 3) и 132 (часть 1) Конституции Российской Федерации.#

Предоставление статьей 71 АПК Российской Федерации судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что, вместе с тем, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. Гарантией процессуальных прав лиц, участвующих в деле, являются установленные названным Кодексом процедуры проверки судебных постановлений вышестоящими судами и основания для их отмены или изменения.#

Таким образом, оспариваемые заявителем положения статьи 71 АПК Российской Федерации, равно как и положения статьи 169 ГК Российской Федерации как в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ, так и в ныне#

действующей редакции, направленные на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения антисоциальных сделок, характер которых выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 8 июня 2004 года № 226-О, от 24 сентября 2012 года № 1775- О, от 24 сентября 2013 года № 1256-О), не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.#

Кроме того, поскольку право на предъявление требования о применении последствий недействительности ничтожной сделки связано с наступлением последствий исполнения такой сделки и имеет своей целью их устранение, пункт 1 статьи 181 ГК Российской Федерации (в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 7 мая 2013 года № 100-ФЗ), закрепляющий момент начала исполнения сделки в качестве определяющего для исчисления срока давности по указанным требованиям, т.е. когда возникает производный от ничтожной сделки тот или иной неправовой результат, также не может рассматриваться как нарушающий конституционные права заявителя, перечисленные в жалобе.#

Что же касается фактических обстоятельств конкретного дела заявителя (в частности, вопроса о том, когда именно началось исполнение оспариваемой сделки), то их установление осуществляется разрешающим спор судом и к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она определена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.#

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#

определил:#

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#

№ 2460-О#