Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мишарева Максима Николаевича на нарушение его конституционных прав статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации

Как следует из представленных материалов, определением арбитражного суда, принятым в деле о банкротстве общества с ограниченной#❝

ответственностью (должника), с которым согласились суды вышестоящих инстанций, отказано в удовлетворении заявления М.Н.Мишарева о признании обоснованным и включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере суммы займа, процентов за пользование займом и неустойки за нарушение сроков возврата суммы займа. Суд первой инстанции исходил в том числе из того, что денежные средства, направленные должнику в качестве займов, связаны с легализацией коррупционных доходов, а соответствующие сделки совершены с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.#❝

По мнению заявителя, оспариваемое положение противоречит статьям 15 (часть 1), 19 (часть 1), 35 (части 1–3), 37 (части 1–3), 45 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому ему арбитражными судами, в том числе в деле с его участием, оно позволяет:#❝

подменять собой применение института прекращения права собственности в отношении имущества, признаваемого коррупционным на основании подпункта 8 пункта 2 статьи 235 ГК Российской Федерации;#❝

применять дополнительный способ изъятия такого имущества по отношению к специальным правилам подпункта 8 пункта 2 статьи 235 данного Кодекса;#❝

квалифицировать все сделки с коррупционным имуществом, в том числе преобразованным, как противоречащие основам правопорядка и как ничтожные с момента заключения, по обстоятельствам, которые возникли в будущем на основании решения суда о применении подпункта 8 пункта 2 статьи 235 ГК Российской Федерации;#❝

признавать доходы лиц от гражданско-правовых отношений с хозяйственными обществами, – приобретение корпоративных прав в связи с участием в которых или учреждением которых было признано судом легализацией и приумножением коррупционного капитала в рамках обособленного спора, инициированного частными лицами, а не#❝

уполномоченными государственными органами, – доходами, полученными в результате исполнения ничтожных сделок;#❝

оставлять имущество, полученное в результате легализации и приумножения коррупционных доходов, в собственности частных лиц, без обращения его в доход Российской Федерации.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации отмечал, что статья 169 ГК Российской Федерации направлена на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения соответствующих антисоциальных сделок (определения от 23 октября 2014 года № 2460-О, от 24 ноября 2016 года № 2444-О, от 20 декабря 2018 года № 3301-О и др.), при этом антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий (определения от 25 октября 2018 года № 2572-О, от 29 ноября 2024 года № 3217-О и др.).#❝

Предусмотренное же названной статьей Гражданского кодекса Российской Федерации правило о том, что в случаях, определенных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом, отсылает к иным нормам и, преследуя цель наказания за противоправное поведение, а не восстановление имущественного положения всех сторон сделки, как это имеет место при применении двусторонней реституции, согласуется с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, который в своих решениях подчеркивал, что закрепленные в статье 35 Конституции Российской Федерации гарантии права собственности предоставляются лишь в отношении права, принадлежащего субъектам на законных основаниях (постановления от 11 марта 1998 года № 8-П, от 24 марта 2017 года № 9-П, от 11 ноября 2021 года № 48-П и др.).#❝

Таким образом, оспариваемое положение не может расцениваться как нарушающее конституционные права заявителя, в деле с участием которого суды исходили из недопустимости удовлетворения требований, основанных на сделке, если целью ее совершения являлся обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма; законодательством о банках и банковской деятельности; валютным законодательством и т.п.#❝

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, определенную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1886-О#❝