Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации

пожаловавшейся в том числе на лишения, связанные с ее содержанием под стражей; изменение же после этого показаний потерпевшей, указавшей, что преступление в ее отношении совершено не А.А.Ивановой, а иным лицом, оценено критически, как продиктованное чувством сострадания к подсудимой. Кроме того, в определении констатировано, что доводы кассационных жалоб, по существу, сводятся к несогласию с судебной оценкой собранных по делу доказательств, что между тем в силу положений статьи 4011 УПК Российской Федерации не может являться поводом к пересмотру в кассационном порядке вынесенных по делу и вступивших в законную силу судебных решений.#❝

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 9 марта 2023 года также отказано в передаче последующей жалобы в защиту интересов А.А.Ивановой для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции ввиду отсутствия существенных нарушений закона, повлиявших на исход дела.#❝

В данной связи А.А.Иванова просит признать не соответствующими статьям 18, 45, 46 (часть 1), 49 (часть 3) и 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации следующие положения Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации:#❝

часть первую статьи 17 «Свобода оценки доказательств», как позволяющую суду первой инстанции при вынесении обвинительного приговора критически оценивать изменившиеся показания потерпевшего, основываясь исключительно на своем внутреннем убеждении и предположении, что такое изменение показаний произошло по причине испытываемой потерпевшим жалости к подсудимому, притом в отсутствие каких-либо сведений об этом, установленных в судебном заседании;#❝

статью 4011 «Предмет судебного разбирательства в кассационном порядке», поскольку данная норма позволяет суду кассационной инстанции запрещать стороне защиты представлять доказательства, касающиеся непричастности осужденного к инкриминированному деянию и соблюдения презумпции невиновности, которые не были предметом исследования судов#❝

нижестоящих инстанций и не могли быть таковыми по объективным, не зависящим от осужденного причинам.#❝

Часть первая статьи 17 УПК Российской Федерации, предписывая осуществлять оценку доказательств по внутреннему убеждению, не содержит каких-либо изъятий из установленного этим Кодексом порядка доказывания по уголовным делам, а равно положений, допускающих произвольную оценку доказательств. Напротив, в ней в качестве принципа такой оценки закрепляется адресованное судье, присяжным заседателям, прокурору, следователю и дознавателю требование не только исходить из своего внутреннего убеждения и совести, но и основываться на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств и руководствоваться законом, что должно исключать принятие необоснованных решений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 марта 2016 года № 473-О, от 27 июня 2017 года № 1261-О, от 29 мая 2018 года № 1335-О, от 29 января 2019 года № 40-О, от 30 ноября 2021 года № 2570-О и др.).#❝

Что же касается статьи 4011 УПК Российской Федерации, то данная норма закрепляет, что суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобе, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу, т.е. их соответствие требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов с учетом оснований, влекущих отмену или изменение судебного решения в кассационном порядке (абзац первый пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года № 19 «О применении норм главы 471 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции»). Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, является обоснованным установление федеральным законодателем таких процедурных правил – в том числе ограничение предмета судебного#❝

разбирательства в кассационном порядке лишь законностью оспариваемых судебных решений, – которые исключают возможность злоупотребления процессуальными правами и превращения кассационной процедуры в ординарную судебную инстанцию, не нарушая при этом базовые конституционные принципы справедливости и равенства (Постановление от 25 марта 2014 года № 8-П; определения от 23 июня 2015 года № 1318-О, от 19 июля 2016 года № 1627-О, от 26 октября 2017 года № 2292-О, от 27 марта 2018 года № 808-О, от 27 декабря 2022 года № 3497-О и др.).#❝

Соответственно, оспариваемые законоположения не содержат неопределенности, влекущей возможность их произвольного применения в обозначенном заявительницей аспекте, и потому не могут расцениваться в качестве нарушающих ее права указанным ею образом. Оценка же обоснованности и правомерности конкретных вынесенных по уголовному делу А.А.Ивановой судебных решений с учетом его обстоятельств, к чему, по существу, сводятся доводы жалобы, не относится к компетенции Конституционного Суда Российской Федерации, как она закреплена в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1721-О#❝