статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

Из представленных материалов, среди прочего, следует, что определением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, отказано в удовлетворении ходатайства С.В.Клюева об определении места жительства его несовершеннолетней дочери с ним и определении порядка исполнения родительских обязанностей матерью на период до вступления в законную силу решения суда. Суд апелляционной инстанции указал на отсутствие доказательств того, что интересам дочери С.В.Клюева будет соответствовать изменение места жительства, ранее определенного до вступления решения суда в законную силу. В передаче кассационной жалобы на названные определения и определение суда кассационной инстанции, которым они оставлены без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.#❝

По мнению заявителя, оспариваемые положения противоречат Конституции Российской Федерации, в частности ее статьям 17–19, 38 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 123 (часть 3), поскольку они позволяют: устанавливать вместо временного порядка осуществления родительских прав лишь порядок общения отдельно проживающего родителя с ребенком; нарушать принцип равенства прав и обязанностей родителей при определении периода проведения ребенком времени с каждым из них; обусловливать возможность реализации родительских прав желанием, согласием, занятостью ребенка; смешивать мнение ребенка с его интересами, преодолевать мнение родителей мнением ребенка; не учитывать современные научные данные; произвольно применять нормы при решении по требованию родителя, проживающего отдельно, вопроса о передаче ему ребенка. Кроме того, С.В.Клюев отмечает, что пункт 3 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации содержит неопределенность в вопросе о том, что является злостным невыполнением решения суда; создает условия для нарушения прав и законных интересов ребенка действиями недобросовестного родителя на протяжении необоснованно долгого периода, несмотря на наличие оснований для#❝

немедленного ограждения ребенка от влияния такого родителя; ставит под сомнение принцип обязательности судебного решения, закрепляя право, а не обязанность суда вынести указанное в норме решение.#❝

В соответствии с Конвенцией о правах ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка (пункт 1 статьи 3). Принцип приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних членов семьи закреплен в пункте 3 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, что согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (статья 38, часть 1; статья 671, часть 4) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2022 года № 686-О, от 30 января 2024 года № 170-О и др.).#❝

Часть шестая1 статьи 152 ГПК Российской Федерации, предоставляющая суду право при рассмотрении споров о детях по требованию родителей или одного из них в предварительном судебном заседании с обязательным участием органа опеки и попечительства определить место жительства детей и (или) порядок осуществления родительских прав на период до вступления в законную силу решения суда, способствует защите прав и обеспечению интересов детей в ходе судопроизводства (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 октября 2018 года № 2654-О и от 26 октября 2021 года № 2247-О). Как названная норма, так и оспариваемые положения Семейного кодекса Российской Федерации сами по себе не могут расцениваться в качестве нарушающих конституционные права заявителя в обозначенном в жалобе аспекте.#❝

Кроме того, доводы, приведенные в обоснование жалобы, в частности утверждения заявителя, что суд не руководствовался интересами ребенка и что мнение ребенка должно было быть критически оценено судами и не могло быть положено в обоснование вынесенных судами постановлений, свидетельствуют о том, что нарушение конституционных прав С.В.Клюев связывает не с содержанием оспариваемых норм, а с выводами судов, в частности с выводом об отсутствии оснований для определения места жительства ребенка с заявителем на период до вступления в законную силу судебного решения, с которыми он выражает несогласие.#❝

Кроме того, что касается некоторых из представленных заявителем копий судебных постановлений, материалы жалобы не позволяют сделать вывод об исчерпании всех других внутригосударственных средств судебной защиты (пункт 3 статьи 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации») и (или) подаче жалобы в срок, предусмотренный пунктом 2 той же статьи.#❝

Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка доказательств, послуживших основанием для применения в нем тех или иных норм права, не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 2505-О#❝