Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации

Из представленных материалов следует, что суд апелляционной инстанции отменил решение суда общей юрисдикции, которым, среди прочего, был определен порядок общения отца, проживающего отдельно от ребенка, с несовершеннолетним сыном И., и, в частности, изменил#❝

установленный ранее в судебном порядке порядок их общения. Суд апелляционной инстанции указал, что суд первой инстанции определил порядок общения без учета интересов несовершеннолетнего ребенка и всех заслуживающих внимания обстоятельств. В передаче кассационной жалобы И. на апелляционное определение и определение суда кассационной инстанции, которым оно оставлено без изменения, для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации было отказано.#❝

По мнению заявительницы, пункт 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации противоречит статье 38 Конституции Российской Федерации, поскольку он позволяет при определении порядка общения с ребенком родителя, проживающего отдельно от него, не учитывать мнение и желания ребенка, приоритет его интересов и принуждать его к общению, а статья 66 того же Кодекса – ее статьям 21 и 38, поскольку она, предоставляя равные права родителям, не отдает приоритета защите интересов ребенка от злоупотребления родительскими правами. Заявительница также указывает, что пункт 2 статьи 66 Семейного кодекса Российской Федерации противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку он понимается как закрепляющий безусловное право родителя общаться с ребенком и допускающий принуждение ребенка к общению с родителем.#❝

Кроме того, И. указывает, что оспариваемые положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не соответствуют статье 46 Конституции Российской Федерации:#❝

статья 198 – как не обязывающая суды мотивировать отклонение доказательств того, что ребенку причиняется вред, и допускающая формальное разрешение споров без исследования всех доказательств;#❝

пункт 1 части второй статьи 3907 ГПК Российской Федерации – поскольку он позволяет отказывать в пересмотре судебных постановлений на основе формального отсутствия существенного нарушения норм права, не оценивая доказательств нарушения интересов ребенка и не учитывая фактические обстоятельства дела.#❝

Таким образом, заявительница, требующая также дать конституционно-правовое истолкование оспариваемых норм, предполагающее, что ребенок вправе, а не обязан общаться с родителем и что недопустимо принуждать ребенка к общению, по существу, приводит доводы о нарушении конституционных прав своего несовершеннолетнего сына.#❝

В соответствии с Конвенцией о правах ребенка (принята Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года) во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка (пункт 1 статьи 3). Принцип приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних членов семьи закреплен в пункте 3 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации, что согласуется с положениями Конституции Российской Федерации (статья 38, часть 1; статья 671, часть 4) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 31 марта 2022 года № 686-О, от 30 января 2024 года № 170-О и др.).#❝

Соответственно, сами по себе оспариваемые нормы не могут рассматриваться как нарушающие перечисленные в жалобе конституционные права заявительницы. Не могут эти нормы расцениваться и в качестве нарушающих конституционные права несовершеннолетнего сына заявительницы.#❝

Доводы, приведенные в обоснование обращения, свидетельствуют, что нарушение конституционных прав И. связывает не с содержанием оспариваемых норм, а правильностью установления судом апелляционной инстанции конкретного порядка общения ее несовершеннолетнего сына с отцом с учетом интересов ребенка и иных обстоятельств дела. Установление же и исследование фактических обстоятельств конкретного дела, оценка#❝

доказательств, послуживших основанием для применения в нем судами тех или иных норм права, не входят в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленную в статье 125 Конституции Российской Федерации и статье 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 797-О#❝