По делу о проверке конституционности пункта «б» части третьей статьи 125 и части третьей статьи 127 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Воло…

предоставлении им длительного свидания и возложив на администрацию исправительного учреждения обязанность предоставлять одно такое свидание в течение года, суд первой инстанции сослался в числе прочего на постановление Большой Палаты Европейского Суда по правам человека от 30 июня 2015 года по делу «Хорошенко против России».#❝

Судебная коллегия по административным делам Вологодского областного суда при рассмотрении административного дела по апелляционной жалобе федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 18 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Ямало-Ненецкому автономному округу», в которой указывалось на несоответствие решения Белозерского районного суда Вологодской области действующему законодательству, пришла к выводу о наличии неопределенности в вопросе о конституционности подлежащих применению в этом деле пункта «б» части третьей статьи 125 и части третьей статьи 127 УИК Российской Федерации и, приостановив апелляционное производство, направила в Конституционный Суд Российской Федерации запрос в порядке статьи 101 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» (определение от 10 июня 2016 года).#❝

По мнению судебной коллегии по административным делам Вологодского областного суда, оспариваемые законоположения, как допускающие непредоставление длительных свиданий осужденным к пожизненному лишению свободы в течение продолжительного времени (не менее 10 лет), нарушают конституционное требование об уважении частной и семейной жизни, которому корреспондируют положения международных правовых актов (статья 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Рекомендация Комитета Министров Совета Европы от 11 января 2006 года Rec (2006) 2 «Европейские пенитенциарные правила», постановление Европейского Суда по правам человека от 30 июня 2015 года по делу «Хорошенко против России»), несоразмерно ограничивают конституционные права осужденного и членов его семьи и тем самым#❝

противоречат Конституции Российской Федерации, ее статьям 15 (часть 4), 21, 23 (часть 1) и 55 (часть 3).#❝

Управлением Федеральной службы исполнения наказаний по ЯмалоНенецкому автономному округу им было разъяснено, что длительные свидания предоставляются только после перевода осужденного из строгих условий отбывания наказания в обычные, что для Н.В.Королева в соответствии с частью третьей статьи 127 УИК Российской Федерации возможно в 2019 году. Бабушкинский районный суд города Москвы, рассмотрев административное исковое заявление Н.В.Королева и В.В.Королевой о признании незаконным отказа администрации колонии особого режима, в которой отбывает наказание Н.В.Королев, в предоставлении им длительных свиданий, решением от 9 февраля 2016 года признал этот отказ незаконным и обязал администрацию повторно рассмотреть данный вопрос. Однако апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Московского городского суда от 4 июля 2016 года указанное решение отменено и принято новое решение – об отказе в удовлетворении заявленных требований.#❝

Как утверждают заявители, положения пункта «б» части третьей статьи 125 и части третьей статьи 127 УИК Российской Федерации – в той мере, в какой они устанавливают для осужденных к пожизненному лишению свободы абсолютный запрет на длительные свидания в течение как минимум первых 10 лет заключения, – исключают естественное зачатие ребенка, что при невозможности применения вспомогательных репродуктивных#❝

технологий является жестоким и бесчеловечным обращением и наказанием, нарушением права на семейную жизнь, в том числе лица, не совершавшего преступлений против общества и государства, и тем самым противоречат статьям 15 (часть 4), 21 и 23 Конституции Российской Федерации, а также статьям 3 и 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в их истолковании Европейским Судом по правам человека.#❝

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 6 декабря 2013 года № 27-П, наличие определения Конституционного Суда Российской Федерации, в котором содержится вывод об отсутствии нарушения конституционных прав заявителя оспаривавшимися законоположениями, примененными судом в его конкретном деле, не исключает обращения в Конституционный Суд Российской Федерации в надлежащей процедуре любого из управомоченных на то субъектов с требованием проверить конституционность тех же законоположений. При этом Конституционный Суд Российской Федерации#❝

подчеркнул, что он принимает решение по делу, оценивая как буквальный смысл оспариваемой нормы, так и смысл, придаваемый ей официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из ее места в системе правовых норм, поэтому содержащийся в окончательном постановлении Европейского Суда по правам человека вывод о нарушении прав, гарантированных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, положениями российского законодательства, примененными в конкретном деле заявителя, может свидетельствовать о неопределенности в вопросе о соответствии этих законоположений Конституции Российской Федерации и – при наличии надлежащего обращения – явиться основанием для возбуждения конституционного судопроизводства.#❝

При таких обстоятельствах Конституционный Суд Российской Федерации полагает возможным вернуться к вопросу о конституционности положений части третьей статьи 125 и части третьей статьи 127 УИК Российской Федерации и принять к рассмотрению жалобу граждан Н.В.Королева и В.В.Королевой и запрос Вологодского областного суда, соединив их в одном производстве.#❝

Соответственно, пункт «б» части третьей статьи 125 и часть третья статьи 127 УИК Российской Федерации являются предметом рассмотрения Конституционного Суда Российской Федерации по настоящему делу постольку, поскольку на основании содержащихся в них положений разрешается вопрос о регламентации (ограничении) права на длительные свидания в отношении осужденных к пожизненному лишению свободы, отбывающих наказание в строгих условиях.#❝

делах заявителей, по жалобам которых были приняты указанные определения, не нарушают справедливый баланс между интересами общества в целом и интересами личности.#❝

Тем не менее в рамках настоящего дела Конституционный Суд Российской Федерации – с учетом того, что по вопросу о конституционности положений пункта «б» части третьей статьи 125 и части третьей статьи 127 УИК Российской Федерации итоговое решение в виде постановления ранее не принималось, – считает необходимым обратиться к правовым позициям Европейского Суда по правам человека, сформированным после принятия определений Конституционного Суда Российской Федерации от 24 мая 2005 года № 257-О и от 9 июня 2005 года № 248-О на основе новых подходов к социализации заключенных и гуманизации отбывания уголовного наказания, которые нашли отражение в правовых документах Организации Объединенных Наций и Совета Европы.#❝

Как отмечается в меморандуме Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания от 27 июня 2007 года, нередко пожизненное или долговременное лишение свободы приводит к разрушению супружеских и семейных отношений, которые питаются эмоциональными связями; предотвращение обесценивания этих отношений имеет существенное значение для поддержания психического здоровья заключенных и является дополнительной мотивацией для позитивного использования ими времени пребывания в заключении; соответственно, необходимо, чтобы условия#❝

отбывания пожизненного или долгосрочного лишения свободы способствовали поддержанию семейных и супружеских отношений, что требует принятия мер, позволяющих избежать их ухудшения, в том числе путем обеспечения доступности семейных посещений, отсутствие которых может иметь пагубные последствия для психического здоровья заключенного и мотивации к позитивному использованию времени пребывания в заключении.#❝

Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 69/172 от 18 декабря 2014 года «Права человека при отправлении правосудия» признает важность принципа, в соответствии с которым лица, лишенные свободы, должны продолжать пользоваться не допускающими отступлений правами человека и всеми другими правами человека и основными свободами, за исключением тех законных ограничений, необходимость которых явно обусловлена фактом лишения свободы, и напоминает, что социальная реабилитация и реинтеграция лиц, лишенных свободы, как одна из важнейших целей системы уголовного правосудия, должна быть направлена, насколько это возможно, на то, чтобы правонарушители были готовы вести законопослушный образ жизни и обеспечивать свое существование по возвращении в общество. Рассмотреть возможность разработки и усиления политики в интересах семей заключенных призывает государства и одобренная Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 70/174 от 17 декабря 2015 года Дохинская декларация (подпункт «j» пункта 5).#❝

В Минимальных стандартных правилах ООН в отношении обращения с заключенными (Правила Нельсона Манделы), принятых Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 70/175 от 17 декабря 2015 года, подчеркивается, что особое внимание следует уделять поддержанию и укреплению связей между заключенным и его семьей, которые представляются желательными и служат интересам обеих сторон (правило 106); дисциплинарные взыскания или ограничительные меры не должны включать запрет на контакты с семьей; ограничения на такие контакты могут устанавливаться лишь на непродолжительный срок и только если это#❝

требуется для поддержания безопасности и порядка (пункт 3 правила 43); заключенным следует давать возможность общаться через регулярные промежутки времени и под должным надзором с их семьями, в том числе в ходе свиданий (пункт 1 правила 58).#❝

В своей практике применения данной статьи Европейский Суд по правам человека исходит из того, что содержание под стражей, как любая другая мера лишения свободы, влечет естественные ограничения частной и семейной жизни, однако существенной составляющей права заключенного на уважение семейной жизни является разрешение или, при необходимости, содействие со стороны властей в поддержании контакта с близкими родственниками; соответственно, регулирование вопросов предоставления свиданий осужденным к лишению свободы, в том числе на длительные или пожизненные сроки, не должно приводить к установлению негибких, шаблонных ограничений, а потому от государств – участников Конвенции ожидается развитие техники оценки соразмерности, позволяющей уравновешивать конкурирующие индивидуальные и публичные интересы и принимать во внимание особенности каждого конкретного дела (постановления от 23 февраля 2012 года по делу «Тросин против Украины», от 30 июня 2015 года по делу «Хорошенко против России» и др.).#❝

Отмечая, что среди государств – участников Конвенции о защите прав человека и основных свобод минимальная частота свиданий в местах#❝

лишения свободы – если это касается осужденных к пожизненному лишению свободы – составляет не менее одного раза каждые два месяца, т.е. их количество в целом равно шести в год, Европейский Суд по правам человека признает, что на европейском уровне отправной точкой в регулировании права на свидания осужденных к пожизненному лишению свободы является обязанность государства предотвращать разрушение семейных связей и обеспечивать их разумно хорошим уровнем контактов с семьями, свиданиями, организованными как можно чаще и в столь нормальной обстановке, насколько это возможно (постановление от 30 июня 2015 года по делу «Хорошенко против России»).#❝

Таким образом, правовое регулирование порядка предоставления свиданий осужденным к лишению свободы с членами их семей должно, не препятствуя процессу исполнения наказания и не создавая угрозы для общественной и личной безопасности, учитывать признаваемые государством непротивоправные интересы этих лиц, обеспечивать как исправление осужденного, так и сохранение, поддержку социально полезных семейных отношений, не допуская чрезмерного (по длительности или по объему) вмешательства в частную жизнь, необоснованных или недифференцированных ограничений, не зависящих от характера поведения осужденного или его близких, что требует нахождения баланса соответствующих публичных и частных интересов.#❝

В связи с этим Европейский Суд по правам человека в постановлении от 30 июня 2015 года по делу «Хорошенко против России» не согласился с тем, что ограничение права на длительные свидания в течение десятилетнего периода вытекает из существа пожизненного лишения свободы, поскольку в отношении заявителя условия предоставления данного права выражались в таком сочетании ограничений, которое существенно ухудшало его положение по сравнению с положением обычного российского заключенного, отбывающего длительный срок лишения свободы, и которое нельзя считать неизбежным или присущим самому понятию наказания в виде#❝

лишения свободы. Принимая во внимание всю совокупность продолжительных и суровых ограничений возможности иметь длительные свидания в колонии и тот факт, что условия ее предоставления не придают должного значения принципу пропорциональности и необходимости перевоспитания и реинтеграции осужденных к пожизненному лишению свободы, Европейский Суд по правам человека пришел к выводу, что в данном случае отсутствует справедливое равновесие между правом заявителя на защиту частной и семейной жизни, с одной стороны, и целями уголовного наказания, на которые ссылалось государство-ответчик, – с другой, и что государство-ответчик вышло за рамки имеющейся у него свободы усмотрения.#❝

Одновременно Европейский Суд по правам человека отметил, что подход к оценке соразмерности мер, принятых государством со ссылкой на «цели наказания», за последние годы изменился и теперь большее значение придается необходимости установления надлежащего баланса между наказанием и исправлением заключенных, в связи с чем акцент на реабилитацию и реинтеграцию становится обязательным фактором, который государствам – участникам Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует учитывать при разработке своей уголовной политики.#❝

поддержания этой системы, но оставляет за собой определение степени своей готовности к нему, поскольку границы компромисса в данном вопросе очерчивает именно Конституция Российской Федерации.#❝

Оценивая законодательные нормы на их соответствие Конституции Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации при принятии решения исходит из того, какое толкование – данное им на основе положений Конституции Российской Федерации или данное Европейским Судом по правам человека на основе положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод – лучше обеспечивает права и свободы человека и гражданина в правовой системе Российской Федерации с учетом баланса конституционно защищаемых ценностей и международно-правового регулирования статуса личности, имея в виду не только лиц, непосредственно обратившихся за их защитой, но и всех тех, чьи права и свободы могут быть затронуты оспариваемым регулированием. Соответственно, если из толкования положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека вытекают повышенные гарантии прав определенной категории граждан, не посягая при этом на иные охраняемые Конституцией Российской Федерации ценности, необходимо – в силу правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 июля 2015 года № 21-П, – определение возможных путей гармонизации подхода, используемого Европейским Судом по правам человека, и российского законодательства.#❝

Применительно к вопросу о конституционности законоположений, предусматривающих, что осужденные к пожизненному заключению имеют право на длительные свидания не ранее, чем по отбытии ими 10 лет лишения свободы, Конституционный Суд Российской Федерации – принимая во внимание подход, сложившийся в правоприменительной практике Европейского Суда по правам человека на основе современных тенденций социализации заключенных и гуманизации условий отбывания уголовного наказания, – не связан вытекающим из его определений от 24 мая 2005 года#❝

№ 257-О и от 9 июня 2005 года № 248-О, принятых в рамках конкретного нормоконтроля, выводом об отсутствии неопределенности в этом вопросе, тем более что подход Европейского Суда по правам человека не вступает в противоречие с российскими конституционными установлениями.#❝

Согласно Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством, ничто не может быть основанием для его умаления; никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (статья 21); каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статья 23, часть 1); семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства (статья 7, часть 2; статья 38, часть 1); ограничение прав и свобод человека и гражданина возможно федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3).#❝

Как следует из статьи 71 (пункты «в», «о») Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 22, 32 (часть 3), 49 (часть 1) и 50 (часть 3), федеральный законодатель вправе предусмотреть пожизненное лишение свободы как меру наказания, назначаемую осужденному за#❝

преступление по приговору суда, а также порядок и условия исполнения и отбывания данного вида наказания. Обладая широкой дискрецией в регулировании этих вопросов, он вместе с тем обязан соблюдать вытекающие из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 49, 50, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемые Российской Федерацией как правовым государством общие принципы юридической, в том числе уголовно-правовой, ответственности, такие как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм, ориентируясь при этом не только на истолкование названных принципов Конституционным Судом Российской Федерации, но и на соответствующие правовые позиции Европейского Суда по правам человека в их динамике.#❝

Закрепляя в статье 50 (часть 3) право каждого осужденного за преступление просить о помиловании или смягчении наказания, Конституция Российской Федерации тем самым не исключает и возможность освобождения осужденного к пожизненному лишению свободы, что обязывает федерального законодателя учитывать при определении ограничений, составляющих сущность такого наказания, необходимость достижения всех целей наказания, которыми в соответствии с частью второй статьи 43 УК Российской Федерации являются не только восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений, но и исправление осужденного.#❝

Соответственно, федеральный законодатель, регулируя условия отбывания пожизненного лишения свободы, обязан вводить лишь необходимые ограничения, обеспечивая, по возможности, не только правопослушное поведение осужденных в период отбывания наказания и их исправление, но и подготовку к допускаемому Конституцией Российской Федерации – на основании акта помилования, амнистии или решения суда об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания – возможному освобождению. При этом он должен исходить из того, что в целом осужденные обладают теми же правами и свободами, что и остальные#❝

граждане, за изъятиями, обусловленными особенностями их личности, совершенных ими преступлений и специальным режимом мест лишения свободы, а потому как вводимые им ограничения, так и критерии их дифференциации должны отвечать требованиям справедливости, равенства, соразмерности, законности и гуманизма (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 9 июня 2005 года № 248-О).#❝

Установление федеральным законом уголовной ответственности и наказания без учета личности виновного и иных обстоятельств, имеющих объективное и разумное обоснование и способствующих адекватной юридической оценке общественной опасности как самого преступного деяния, так и совершившего его лица, и применение мер ответственности без учета характеризующих личность виновного обстоятельств противоречили бы конституционному запрету дискриминации и выраженным в Конституции Российской Федерации принципам справедливости и гуманизма. Из приведенной правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 марта 2003 года № 3- П, вытекает необходимость соблюдения дифференцированного подхода и к определению в уголовно-исполнительном законодательстве условий отбывания конкретных видов наказания.#❝

установив безусловное (обязательное) сохранение режима таких условий в первые 10 лет отбывания наказания.#❝

С учетом того, что в Российской Федерации действует конкретизирующий закрепленные Конституцией Российской Федерации гарантии права на жизнь комплексный мораторий на применение смертной казни и что сформировались устойчивые гарантии права не быть подвергнутым смертной казни (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 ноября 2009 года № 1344-О-Р), пожизненное лишение свободы в настоящее время фактически замещает смертную казнь (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 мая 2014 года № 16-П).#❝

Пожизненное лишение свободы выступает в качестве наиболее строгой из всех в настоящий момент реально возможных мер наказания за наиболее опасные виды преступлений (согласно части первой статьи 57 УК Российской Федерации – за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, а также за совершение особо тяжких преступлений против здоровья населения и общественной нравственности, общественной безопасности, половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста), что предполагает и наибольший комплекс ограничений прав и свобод для лиц, их совершивших. Соответственно, установление для осужденных к пожизненному лишению свободы более длительного (по сравнению с осужденными к определенным срокам лишения свободы) периода строгих условий отбывания наказания направлено на дифференциацию условий отбывания наказания с учетом характера совершенных преступлений и строгости назначенного за них наказания и как таковое создает предпосылки для достижения целей наказания.#❝

законодатель не может не учитывать, что они не только потенциально способствуют исправлению осужденного, но и призваны обеспечивать реализацию прав членов его семьи в сфере семейных отношений.#❝

Исходя из этого федеральный законодатель предусмотрел в качестве одной из мер поощрения осужденных к лишению свободы возможность предоставления им помимо свиданий, на которые они имеют право в силу закона, до четырех дополнительных краткосрочных или длительных свиданий в течение года (пункт «е» части первой статьи 113 и часть вторая статьи 114 УИК Российской Федерации), не оговорив при этом ни ограничений, ни исключения их применения в отношении осужденных к пожизненному лишению свободы. Статья 89 УИК Российской Федерации, закрепляя, что осужденным к лишению свободы предоставляются краткосрочные свидания продолжительностью четыре часа и длительные свидания продолжительностью трое суток на территории исправительного учреждения с супругом (супругой), родителями, детьми, усыновителями, усыновленными, родными братьями и сестрами, дедушками, бабушками, внуками, а с разрешения начальника исправительного учреждения – с иными лицами (части первая и вторая), по существу, также признает право на длительные свидания за всеми категориями осужденных к лишению свободы, а следовательно, и за осужденными к пожизненному лишению свободы. Между тем в правоприменительной практике, как следует из ответа Федеральной службы исполнения наказаний, полученного Конституционным Судом Российской Федерации при рассмотрении настоящего дела, указанным законоположениям – во взаимосвязи с пунктом «б» части третьей статьи 125 и частью третьей статьи 127 УИК Российской Федерации – придается смысл, исключающий предоставление осужденным к пожизненному лишению свободы длительных свиданий в качестве меры поощрения до их перевода в обычные или облегченные условия отбывания наказания.#❝

Между тем согласно положениям статьи 127 УИК Российской Федерации перевод осужденных к пожизненному лишению свободы из#❝

строгих условий отбывания наказания в обычные производится по отбытии не менее 10 лет в строгих условиях отбывания наказания по основаниям, указанным в части шестой статьи 124 данного Кодекса (часть третья); по отбытии не менее 10 лет в обычных условиях отбывания наказания осужденные могут быть переведены в облегченные условия по основаниям, указанным в части второй статьи 124 данного Кодекса (часть четвертая); осужденные, признанные злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания и отбывающие наказание в облегченных условиях, переводятся в обычные или строгие условия отбывания наказания, а осужденные, отбывающие наказание в обычных условиях, – в строгие условия отбывания наказания; повторный перевод в обычные либо облегченные условия отбывания наказания производится в порядке, предусмотренном частями третьей и четвертой данной статьи (часть пятая).#❝

Тем самым в течение первых 10 лет отбывания пожизненного лишения свободы перевод осужденного, независимо от характера его поведения, в иные условия отбывания наказания невозможен, что в правоприменительной практике приводит к истолкованию положений пункта «б» части третьей статьи 125 и части третьей статьи 127 УИК Российской Федерации как полностью исключающих предоставление таким осужденным в этот период длительных свиданий, не позволяя оценивать характер их поведения (как демонстрирующего стремление к исправлению, так и отражающего негативное отношение к общественно значимым ценностям), а также индивидуализировать меры воспитательного воздействия на них. Поскольку же применение мер поощрения в целях воспитательного воздействия на заключенного в определяющей степени остается в сфере усмотрения администрации уголовно-исполнительного учреждения, предоставление осужденным к пожизненному лишению свободы длительных свиданий в качестве меры поощрения не может рассматриваться как единственная форма решения конституционной проблемы, поставленной заявителями по настоящему делу.#❝

В целях достижения баланса конституционно значимых ценностей и в интересах субъектов права Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь пунктом 12 части первой статьи 75 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», считает возможным определить следующий порядок исполнения настоящего Постановления:#❝

федеральному законодателю надлежит – руководствуясь требованиями Конституции Российской Федерации и с учетом изложенных в настоящем Постановлении правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека – предусмотреть условия и порядок реализации лицами, осужденными к пожизненному лишению свободы, права на длительные свидания;#❝

впредь до внесения в правовое регулирование надлежащих изменений, вытекающих из настоящего Постановления, осужденным к пожизненному лишению свободы должна предоставляться возможность иметь одно длительное свидание в год c лицами, указанными в части второй статьи 89 УИК Российской Федерации. С учетом этого пересмотр состоявшихся по делу граждан Королева Николая Валентиновича и Королевой Вероники Вадимовны правоприменительных решений, в связи с которыми они обратились в Конституционный Суд Российской Федерации, для целей защиты их конституционных прав не требуется.#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 47 1, 71, 72, 74, 75, 78, 79, 80, 100 и 104 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

постановил:#❝

Впредь до внесения в правовое регулирование надлежащих изменений, вытекающих из настоящего Постановления, осужденным к пожизненному лишению свободы должна предоставляться возможность иметь одно длительное свидание в год c лицами, указанными в части второй статьи 89 УИК Российской Федерации.#❝

Конституционный Суд Российской Федерации № 24-П#❝