Статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»

Как следует из представленных материалов, супруг А.В.Кашириной, приобретя долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, стал его участником; после расторжения брака раздел имущества между сторонами не производился. Впоследствии данная доля#❝

была продана третьему лицу. Заявительница, указав, что не давала согласия на ее отчуждение, обратилась в суд с требованиями о признании указанной доли общим совместным имуществом, признании договора ее куплипродажи недействительным и приведении сторон сделки в первоначальное положение путем двусторонней реституции. Решением суда общей юрисдикции, с которым согласились суды вышестоящих инстанций, в удовлетворении иска отказано.#❝

По мнению заявительницы, оспариваемые положения противоречат Конституции Российской Федерации, ее статьям 2, 15 (часть 1), 17, 18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1–3), 46 (часть 1), 55 (части 2 и 3) и 120 (часть 1), в той мере, в какой по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, позволяют лишать права собственности на совместно нажитую в браке долю (часть доли) в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью.#❝

Статья 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», закрепляя в том числе основания перехода доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам, проверку нотариусом полномочий отчуждающего их лица на распоряжение ими, документы, подтверждающие такие полномочия, и открытый перечень документов, являющихся основанием приобретения указанного имущества, направлена на конкретизацию правил оборота долей (частей долей) в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью с учетом специфики такого объекта прав и тем самым отвечает интересам участников правоотношений в соответствующей сфере.#❝

Вместе с тем оспариваемые положения указанной статьи сами по себе не регламентируют порядка распоряжения общей совместной собственностью и не исключают в этой части действия общих норм#❝

гражданского законодательства, в частности статьи 253 ГК Российской Федерации, которая предусматривает, что распоряжение таким имуществом осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом, при этом совершенная одним из них сделка может быть признана недействительной по мотивам отсутствия необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункты 2 и 3). Такое правовое регулирование, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, развивает положения статьи 35 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и обеспечивает защиту добросовестных участников гражданского оборота, проявляющих при совершении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность (Определение от 24 февраля 2022 года № 425-О и др.).#❝

С учетом изложенного пункты 1, 13 и 131 статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не могут рассматриваться в качестве нарушающих в указанном в жалобе аспекте конституционные права А.В.Кашириной, в деле с участием которой суды пришли к выводу об отсутствии доказательств того, что на момент заключения договора покупатель доли знал и мог знать о том, что она является совместно нажитым имуществом продавца и заявительницы, не согласной с распоряжением долей, а также об отсутствии доказательств договоренности между сторонами сделки о совершении противоправных действий с целью причинения ей вреда. Кроме того, суды отметили, что А.В.Каширина не лишена возможности обратиться с требованием по поводу причитающейся ей части имущества к бывшему супругу, если она полагает, что в результате совершения спорной сделки она понесла материальные потери в виде неполученного дохода от продажи доли.#❝

Установление же и оценка фактических обстоятельств, а также проверка правильности выбора и применения судами норм права с учетом этих обстоятельств не входят в компетенцию Конституционного Суда#❝

Российской Федерации, закрепленную статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».#❝

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 части первой статьи 43, частью первой статьи 79, статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации#❝

определил:#❝

Председатель Конституционного Суда Российской Федерации В.Д.Зорькин#❝

№ 1371-О#❝